-- Ничего, -- ответил Валентин.
-- Идем, идем! -- закричали в один голос охотники.
-- В дорогу, -- сказал Валентин. -- Сеньор дон Пабло, подите, прошу вас, ко мне; вы не привыкли, как мы, к степной жизни; я буду присматривать за вами. Я хочу, -- прибавил он, смеясь, -- чтоб донна Долорес не делала мне упреков, когда я вас соединю.
-- Дай Бог, чтоб это было скоро! -- сказал молодой человек, удерживая вздох.
-- Я надеюсь, -- ответил Валентин.
Весь отряд оставил грот.
Мы не будем следовать за ним по подземельям, которые ему пришлось проходить, чтобы достигнуть рощи; читатели уже знают их.
День был холоден, но хорош; небо было голубое, воздух чист; снег почти совсем растаял от солнца, и, как говорил шут Бальюмер, погода положительно кокетничала.
Охотники шли гуськом по-индейски; под предводительством Валентина Гиллуа они шагали мерно и легко, как индейцы и как разведчики лесов, и быстро удалялись от Воладеро.
По приказанию Валентина три индейца, на верность которых можно было рассчитывать, остались сторожить лошадей, бесполезных в подобном предприятии, которых решили не вести с собою.