-- Не слишком. Однако, я хочу дать вам доказательство того, на что способен честный человек. Моя жизнь малоценна, и я забочусь о ней не более, чем о соломинке. Вот мое оружие, -- прибавил он, бросая его на паркет. -- Делайте со мной все, что хотите: я теперь беззащитен и передаю вам позор моей смерти.
Сам генерал был тронут этим доказательством доверия.
-- Vive Dios! -- вскричал он. -- Ты действительно храбрый спутник. Мы постараемся избавить тебя от виселицы, если это возможно. Увести его, но не причинять вреда!
Несколько офицеров, которые, вероятно, не смели подойти к силачу канадцу, когда он держал пистолеты, приблизились теперь, чтобы схватить его.
-- Пусть никто не прикасается ко мне! -- сказал он. -- Я сдался и не намереваюсь сопротивляться. Идите, я последую за вами.
-- Он прав, -- сказал со смехом генерал. -- Не берите его за ворот, оставьте на свободе. Это настоящий петух, он дал слово и сдержит его!
-- Благодарю, -- отвечал Сумах. -- Я вижу, что вы знаете толк в людях. Ну, сеньоры, я готов за вами следовать!
Группа офицеров тотчас его окружила, и он вышел из салона.
У двери он заметил служителя, смотревшего на него с насмешкой. Оливье пожал презрительно плечами.
Между тем, провожатые вели его через коридоры, образовавшие своими поворотами целый лабиринт, проходимый только для знающих это мрачное жилище.