-- Почему же? -- спросил канадец.
-- Потому, что знаешь хорошо, что освободившись...
-- Освободившись, ваше превосходительство, вы поступите, как вам будет угодно, что до этого? Разве я не заявил, что не дорожу своей жизнью?
Генерал посмотрел на него.
-- Тогда исполни свое обещание! -- сказал он.
-- Сию минуту, ваше превосходительство!
Действительно, с величайшим хладнокровием канадец развязал веревки, которыми так старательно скрутил генерала.
-- А! -- вскричал тот, вскакивая. -- Теперь мы посмотрим!
-- Подождите, ваше превосходительство, -- сказал ему миролюбиво канадец, -- двери еще не открыты.
Эта безумная и беспечная смелость смутила генерала, и в первый раз в жизни, может быть, сердце этого человека забилось чувством, незнакомым ему до сих пор.