Положение было серьезное, и граф не знал, как из него выйти.
-- Слушайте! -- сказал канадец, хранивший молчание во время рассказа молодого человека. -- Дело, о котором вы говорите, подчиняется общим законам. Испанские войска, как и мексиканские, не окажут вам никакой помощи: вы имеете дело с краснокожими, не забывайте этого.
-- Мы это знаем очень хорошо, -- прервал граф, -- но к чему это нас приведет?
-- Позвольте заметить, ваша милость, мне хорошо известны нравы индейцев. Уже пятнадцать лет я скитаюсь в пустыне и имел время их изучить. Поэтому я могу вам дать хороший совет.
-- Говорите, мой друг! -- вскричал граф.
-- Что-нибудь одно надо предположить, -- продолжал канадец. -- Или краснокожие овладели донной Эмилией и ее дочерью, чтобы их убить, или затем, чтобы получить выкуп. В первом случае они не убьют их прежде восьми дней, так как это, по вашему мнению, мщение, а индейцы приносят свои жертвы только в присутствии всего народа. Для того же, чтобы собрать племена, часто очень удаленные друг от друга, надо время. Во втором случае вам нечего опасаться за жизнь двух женщин, -- и завтра, а, может быть, даже сегодня, в гасиенду явятся парламентарии вести переговоры о выкупе.
-- Гм, без сомнения, -- отвечал граф, -- но я не вижу еще, какой совет вы подадите нам в этом критическом положении.
-- Терпение, -- возразил канадец, качая головой, -- вот этот совет! Завтра, на восходе солнца я отправлюсь в гасиенду дель Барио. Если ни один индеец не являлся туда, я, отдав отчет о выполнении своего поручения и предупредив дона Аннибала о происшествии, посоветуюсь с моим другом Лунным Светом: он знает индейцев так же хорошо, как к, а может быть, даже лучше. Честное слово, если он разделит мои намерения, то мы оба отправимся по следу краснокожих, и будет очень странно, клянусь вам, если мы не откроем их планов. Вот мой план!
-- Да, -- отвечал граф, -- средство, которое вы предлагаете, остается только принять. Но что могут сделать два человека против нескольких сотен? Вас убьют без всякой пользы.
-- Если вы найдете лучшее средство, -- пожалуйста. Я не воспротивлюсь ему.