Тот, невольно повинуясь, вышел, опустив голову. Обе женщины последовали за ним. Они твердыми шагами спустились с лестницы Теокали, сопровождаемые и предшествуемые толпой мегер и детей, осыпавших их бранью и бросавших грязью в лицо.
Донна Диана улыбалась. Одну минуту она почувствовала, что под ее рукой рука матери дрожит. Она тихо наклонилась к ней и с непередаваемым выражением шепнула:
-- Мужайтесь, добрая мама, каждый шаг приближает нас к небу!
Наконец они достигли равнины. На последней ступени лестницы они невольно повернулись назад, чтобы еще раз взглянуть на жалкое убежище, где они так страдали.
Индейские воины, женщины и дети радостными, свирепыми криками встретили прибытие пленниц на равнину.
Олень жестом подозвал несколько воинов, которые окружили пленниц, чтобы охранять их от оскорблений отвратительных женщин, на каждом шагу бросавшихся к ним с длинными и заостренными, как когти пантеры, ногтями.
-- Бледнолицым женщинам не должно наносить ран, пока они не будут привязаны к столбу, -- сказал вождь, -- а то они будут не в силах перенести мучений!
Это соображение показалось справедливым, и мегеры должны были пока ограничиться только самыми скверными ругательствами, какие только могли они придумать.
Говоря так, мажордом, может быть, имел в виду другое: этот жестокий намек скрывал тайное покровительство.
Расстояние до места казни было довольно большим. Обе женщины, мало привыкшие ходить по терновнику, медленно продвигались к своей Голгофе. Наконец, они достигли ее и вступили на поляну.