Лицо старого вождя, уже обезображенное приближением смерти, приняло зловещий вид.
-- Ты не узнаешь меня, -- сказал он глухим голосом. -- Однако, ты мой враг, моя рука тяжело легла на твое семейство. Вспомни об ужасной смерти брата, это я его убил. О, часть моего мщения ускользнула сегодня, это правда! Но моя душа не одна полетит к вечно счастливым лугам. Эта женщина, Царица Саванн мертва, как и ее дочь, я достиг своей цели!
-- Ты ошибаешься, вождь, -- грубо вмешался честный Клари, оскорбленный словами индейца. -- Царица Саванн, как ты называешь донну Эмилию, действительно умерла, но, благодаря мне, ее дочь здорова и спасена!
Конвульсивная дрожь потрясла тело индейца. Он бросил на охотника гневный взгляд, но почти тотчас же продолжал с торжеством:
-- Есть еще жертва моей ненависти: ребенок, которого я похитил и доверил Сумаху...
-- Ну? -- спросил насмешливо канадец, с очевидным намерением побудить краснокожего к полному признанию.
-- Да, да, -- продолжал вождь с горечью, -- я знал, что все бледнолицые изменники, и Сумах такой же...
Канадец сделал гневное движение, но сейчас же подавил его.
-- Этого ребенка, -- вскричал с жестокой радостью сахем, -- дон Аннибал воспитал как сына. А! А! Этот прекрасный дон Мельхиор Диас...
-- Ну? -- спросил нетерпеливо граф.