-- На это, господин алькад, я вам отвечу!
Граф удивленно взглянул на обращавшегося к нему человека и, заметив его бедную одежду, сказал с презрением.
-- Кто вы, мой милый, и по какому праву обращаетесь вы ко мне?
-- А! Значит, мой костюм удачно выбран, господин граф, -- отвечал насмешливо священник, -- если вы не узнали меня.
-- Возможно ли! -- вскричал с удивлением граф, присматриваясь к своему собеседнику. -- Как! Вы здесь? О! Я не удивляюсь более тому, что по всей провинции идут волнения. Это вы, недостойный служитель бога, забыв свою святую миссию, сеете раздор и вызываете брожение в народе!
-- Ошибаетесь, граф! -- отвечал священник. -- Я проповедую святую войну. Но предупреждаю, кабальеро, пусть между нами не будет ни угроз, ни оскорблений. Это неосторожно и неучтиво с вашей стороны, и я этого не потерплю. Чего вы желаете? Знать, что мы делаем? Я вам скажу. Мы обсуждаем падение правительства, которому вы служите, и в минуту вашего въезда в гасиенду мы поклялись победить или умереть за свободу. Что еще вам угодно? Говорите, я готов удовлетворить ваше любопытство.
Граф печально улыбнулся.
-- Нет! -- отвечал он. -- Жалкие безумцы, я ничего более не хочу знать. Что можете вы мне сказать нового? Разве долгая борьба, которую вы стремитесь поддержать, не доказала бесплодность сопротивления власти, слишком сильной, чтобы ваши соединенные усилия могли ее потрясти? Выслушайте, что поручено мне передать вам от имени его превосходительства вице-короля.
-- Говорите. -- сказал холодно дон Пелажио, -- И говорите громко, сеньор, чтобы мы ясно слышали ваши предложения.
-- Предложения? -- спросил. тот свысока. -- Их не будет. Я имею поручение передать вам приказ.