-- Впрочем, я не так говорю: он за Францию; ему хочется сделать ее богатой, великой, грозной, такой, какой она была при Генрихе Четвертом; он хочет осуществить все проекты покойного короля, с пренебрежением отвергнутые людьми, захватившими в настоящее время власть в свои руки; его цель -- унизить дворянство, поднять народ и, главное, навсегда уничтожить протестантов, которые точно из-под земли вырастают и беспрестанно подвергают государство гибели.
-- Это широкие, благородные планы, сестра, но они невозможны или, по крайней мере, очень трудновыполнимы.
-- Может быть, все-таки ему будет принадлежать честь попытки.
-- Конечно, но его раздавит такое бремя.
-- Вот увидим. Теперь скажи, за кого ты?
-- А ты?
-- За Ришелье.
-- Ну, и я тоже. Ведь я тебе дал слово!
-- Конечно; но, признаюсь, я была раньше уверена в твоем согласии и обещала за тебя, еще не переговорив с тобой.
-- Хорошо сделала. Теперь скажи, в чем же состоит твой план? Ведь он у тебя наверняка имеется.