-- Да; так как я имею честь командовать швейцарцами, я отправился сегодня утром в Лувр спросить короля, куда он прикажет поставить эти вновь прибывшие полки. Его величество выбивал на стекле какой-то небывалый марш и спорил с Анжели. Увидев меня, он подбежал с самой приветливой улыбкой. "Ах, Бассомпьер, здравствуйте, -- сказал он, -- я ужасно скучаю, мой друг!" Вы ведь знаете, что король всегда и везде скучает. "Да, -- продолжал он, -- Анжели сегодня невыносим, мне очень хотелось бы отослать его на конюшни к монсеньору де Конде". -- "Зачем же, ваше величество? -- быстро спросил шут. -- Я ведь так же хорошо умею чистить ослов, как и лошадей, а в вашей передней немало и тех, и других". Король рассмеялся. Видя, что он в добром расположении духа, я заговорил о швейцарцах.

-- "Хорошо, -- проговорил он, -- где они?" -- "В Пантене и на Монмартре". -- "Ну, и пусть они там стоят; может быть, они нам и не понадобятся; а кстати..." Заметьте, господа, как вставлено было это кстати, -- "...кстати, вы ведь по-прежнему хороши с гугенотами?" Я хотел ответить, но король перебил меня. "Я вас не обвиняю, Бассомпьер, -- поспешно проговорил он, -- я знаю, что вы нам верны, а только говорю то, что есть; поэтому вам незачем оправдываться. Сделайте мне удовольствие, съездите к ним и скажите, что моя мать примет их завтра в восемь часов утра".

-- В восемь часов утра! -- с удивлением воскликнул герцог Делафорс.

-- Я скромно заметил его величеству, что это немножко рано. "Знаю, -- отвечал король, -- но я в девять уезжаю в Сен-Жермен, а мне бы хотелось быть при аудиенции".

-- Не все ли равно, в какое время нас примут? -- заметил граф дю Люк, -- только бы приняли.

-- Так, любезный граф, но знаете ли вы, кто будет присутствовать на аудиенции, кроме их величеств? Герцог де Люинь и монсеньор епископ Люсонский, то есть два самых ожесточенных врага вашей веры.

-- Ого! Что же это значит? -- поинтересовался герцог.

-- Только то, что вы должны ожидать дурной встречи; хорошо еще, если вас не арестуют тут же.

-- Неужели это возможно? Неужели они осмелятся?

-- Как знать! Я не стану ничего утверждать, но только предупреждаю вас; действуйте теперь сообразно с этим. Главное, остерегайтесь епископа Люсонского; боюсь я этого священника; он необычайно быстро начинает входить в милость; поговаривают, что его сделают кардиналом.