-- Флер-де-Суфр, камердинер отца Жозефа, ни в чем мне не отказывает и по моей просьбе согласен провести вас в такое место, откуда вы не только услышите, но даже увидите все, что будет происходить между отцом Жозефом и его гостем.
-- Да, -- подтвердил Флер-де-Суфр, -- только с одним условием, чтоб вы ни одним словом, ни одним жестом не выдали своего присутствия, иначе и вы пропадете, и нас погубите.
-- Черт возьми! Сохрани меня Бог! -- вскричал капитан, сунув камердинеру несколько пистолей, которые тот с довольной гримасой опустил в карман.
-- Пожалуйте, господа, -- пригласил он, -- но, ради Бога, не шумите!
Извилистыми, темными коридорами, пробитыми, по всей вероятности, в самой стене, они пришли в крошечную комнатку, где трое едва могли поместиться.
-- Самому отцу Жозефу ничего не известно о существовании этой комнаты и коридора, -- проговорил камердинер. -- Его преосвященство монсеньор епископ Люсонский нарочно велел устроить их, чтобы незаметно слушать разговоры своего доверенного с являющимися к нему людьми и лично удостоверяться таким образом в его верности.
-- Morbleu! -- шепотом воскликнул капитан. -- Не очень-то доверяет почтенный епископ тем, кто ему служит. Но как же вы, мой друг, знаете эту страшную тайну?
-- Я вполне предан его преосвященству; епископ сам дал мне место при отце Жозефе.
-- И как счастливо выбрал!
-- Только один человек оказывает на меня большее влияние, чем его преосвященство, -- объявил камердинер, -- это Клер-де-Люнь.