Они пошли за ним.
Площадь Двора Чудес буквально кишела народом; весь этот грязный, оборванный люд кричал, жестикулировал и кидал чем попало в полицейских, перья на шляпах которых развевались наверху, над головами, которыми был усеян двор.
В сопровождении Клер-де-Люня, Дубль-Эпе и двух Тунеядцев наши герои быстро свернули в узенький переулок и после' нескольких поворотов подошли к городским стенам; это заняло у них всего несколько минут; страх ведь, говорят, придает крылья.
У городского вала Клер-де-Люнь остановился и прижал пружину. Дверь отворилась, и они очутились в подземном ходе, вероятно давно забытом. Их ждали семь оседланных лошадей, которых стерег какой-то нищий.
-- Эльзас! -- шепнул ему Клер-де-Люнь.
-- Богемия! -- отозвался он.
-- Едем, господа! -- объявил Клер-де-Люнь. -- Вся надежда теперь на быстроту ног наших лошадей.
Через пять минут они неслись во весь опор к Сен-Лазарской заставе.
А за ними во Дворе Чудес все еще раздавалась ружейная пальба.