Ужин длился довольно долго.
Девушка ела немного, зато граф уплетал за троих и, казалось, никак не мог наполнить свой пустой желудок; если бы сестра не заставила его встать из-за стола, он остался бы до утра.
Но у Дианы были свои планы, которых она не теряла из виду.
-- Ну, -- сказал он, вставая и выпрямляясь, -- теперь я себя чувствую гораздо лучше. Как странно, что немного пищи совсем изменяет мироощущение человека! Нужно испытать это на себе, чтобы понять.
Войдя в комнату сестры, он расположился в мягком кресле, как человек, намеревающийся отдохнуть.
Девушка искоса следила за всеми его движениями, но не сделала никакого замечания.
-- Вот так! -- объявил он, устроившись в кресле и вздыхая. -- Пусть молния теперь убьет кого хочет, я пальцем не пошевелю для его спасения.
-- Жак, -- произнесла, смеясь, Диана, -- оглянись на часы.
-- Ах, мне так хорошо! Видишь ли, Диана, я, как змей; после еды мне нужно спокойно посидеть; я, знаешь ли, так хорошо поел, что нуждаюсь в отдыхе.
-- Не будем шутить, Жак; я говорю очень серьезно.