-- Генерал, кабальеро, генерал!
При этих словах тишина наступила, как бы по волшебству. Тот, которого назвали генералом, остановился посреди залы, обвел взором всех присутствующих, потом снял шляпу, спустил плащ, и явился в полном генеральском облачении.
-- Да здравствует генерал Герреро! -- закричали все, вставая с энтузиазмом.
-- Благодарю, господа, благодарю, -- отвечал генерал, кланяясь несколько раз. -- Этот горячий прием радует меня, но замолчите, прошу вас, для того чтобы мы могли скорее кончить дело, по которому мы собрались сюда; минуты драгоценны и несмотря на принятые предосторожности наше присутствие в этой гостинице может быть обнаружено.
Все приблизились к генералу с любопытством, которое легко понять. Он продолжал:
-- Я немедленно приступлю к делу. Для того чтобы не терять время -- чего хотим мы? Свергнуть президента и заменить его другим, который более будет соблюдать наши интересы?
-- Да-да! -- закричали все.
-- Но тут дело идет о нашей голове, -- прибавил генерал холодно, -- нам нечего обманывать себя на этот счет, если наш план не удастся, победители расстреляют нас без всякой жалости; но нам удастся, -- поспешил он прибавить, приметив неприятное впечатление, произведенное этими словами на присутствующих, -- нам удастся, потому что мы приступаем решительно к делу страшному, и каждый из нас знает, что его состояние зависит от выигрыша этого дела, начиная от алфереца до бригадного генерала; каждый знает, что от успеха он получит два чина, и что эта ставка довольно хороша для того, чтобы заставить наименее решительного не дрогнуть, когда настанет минута начать борьбу.
-- Да-да, -- сказал среди глубокой тишины капитан, замечания которого до прихода генерала так смутили полковника, -- все это очень хорошо. Действительно, конечно, очень приятно получить разом два чина, но нам обещали еще кое-что от вашего имени, сеньор.
Генерал улыбнулся.