-- Ну, -- спросил его дон Панчо Бустаменте, -- чего вы добились от него?
-- Чего я добился? -- мрачно ответил предводитель, показывая сломанную руку. -- Этот человек осрамил меня. Кинжал сломался о его латы, и он мне вдобавок сломал руку -- вот чего я добился.
-- Завтра битва, -- отвечал генерал. -- Еще не все погибло. Может быть, завтра и придет час мщения.
-- Должен прийти! -- вскричал токи. -- Пусть погибнут все мои воины, но этот человек будет в моих руках.
И, не говоря больше ничего, токи заперся в своей тольдо с доверенными предводителями, чтобы обдумать план мщения.
Дон Тадео, с своей стороны, вернулся в свою палатку.
-- Не говорил ли я вам, -- заметил ему генерал Фуэнтес, -- что на них нельзя полагаться?
-- Ваша правда, генерал, -- с улыбкой отвечал дон Тадео, -- Бог спас меня. Негодяй наказан по заслугам.
-- Нет, -- возразил генерал, -- когда змея попадется на дороге, ее надо раздавить, не то она укусит. Вы имели полное право защищаться. Ваше снисхождение просто глупость. На индейца положиться нельзя: сегодня вы его простили, завтра он убьет вас.
Дон Тадео сидел в глубокой задумчивости, ни слова не отвечая на слова генерала. Скоро настала ночь. В стане развели костры. Все было тихо на равнине, где мирно спали тысячи человек, готовых на следующий день не щадить друг друга.