-- О! -- сказал исполнитель поручения с притворным простодушием, хотя плутовской взгляд и выдавал его. -- По самой простой причине. У Жоана вдруг заболел сын -- лежал при смерти. И хотя это недостойно воина, он воротился с половины дороги.
-- Все это хорошо, -- сказал Антинагуэль, -- но еще не объясняет, кто таков мой сын.
-- Я ульмен своего племени, великий воин между пуэльхами, -- отвечал тот гордо.
-- А, -- сказал токи, довольный этим ответом. -- Мой сын -- ульмен пуэльхов! Могу ли я на него положиться?
-- Я друг Жоана, -- отвечал тот просто и почтительно поклонился.
-- Хорошо. Мой сын хорошо ответил. Он может удалиться и ждать моих дальнейших приказаний на счёт той девушки. Я позову его, когда будет нужно.
Индейцы поклонились друг другу, и незнакомец вышел.
Затем Антинагуэль приказал позвать одного из своих мозотонов и долго разговаривал с ним. Окончив разговор, он приказал тому привести донью Розарио в свою комнату.
Воин удалился и вскоре поспешно вбежал в комнату с криком:
-- Она бежала!