В пулькерии остались Эль-Альферес, два флотских офицера, Рамирес и содержатель притона, смотревший на все происходившее широко раскрытыми от изумления, ничего не понимающими глазами.
Эль-Альферес сидел неподвижно, наклонившись вперед, и прислушивался к шуму удалявшихся шагов. Когда они затихли совершенно, он встал и обратился к Рамиресу и офицерам, также внимательно прислушивавшимся.
-- Да ниспошлет Господь благословение Свое на дела наши! -- проговорил он и набожно осенил себя крестным знамением. -- Теперь наш черед, господа!
-- Мы готовы, -- разом отвечали все трое.
Эль-Альферес окинул взглядом опустевший сарай. Пулькеро, содержатель его, частью из любопытства, частью от того, что ничего другого ему не оставалось делать, забился в самый дальний угол и наблюдал оттуда за всеми движениями своих необычных посетителей.
-- Эй, ты, поди-ка сюда! -- подозвал его Эль-Альферес.
Пулькеро стащил с головы свою соломенную шляпу и поспешил повиноваться.
-- Что угодно вам, ваше сиятельство?
-- Хочу задать тебе вопрос.
-- Как вам будет угодно.