-- Прежде чем освободить меня, Ягуар осведомился о вас и с особенным интересом о донье Кармеле, потом он написал на клочке бумаги несколько слов и поручил мне передать это вам, как только я вас увижу.
-- Слава тебе, Господи! -- оживился Транкиль. -- Да что же вы так долго томили нас и не передавали записку.
-- А мне нужно было сначала рассказать обо всем, что со мной случилось. Но время еще терпит -- вот записка.
И с этими словами Квониам вытащил из кармана записку и подал ее Транкилю, который почти вырвал ее у него из рук.
Негр, убежденный, что он вполне правильно исполнил данное ему поручение, не мог понять этого нетерпеливого жеста. Он изумленно взглянул на охотника, потом чуть заметно приподнял плечи, набил трубку и принялся курить, не обращая ни малейшего внимания на то, что происходило вокруг него.
Канадец, между тем, с жадностью развернул бумагу. Он перевернул ее несколько раз и так и этак, и на лице его изобразилось замешательство. По временам он взглядывал на Чистое Сердце, который вытащил из костра горящую головню и светил ею охотнику, так как наступила уже совершенная тьма.
Это продолжалось некоторое время. Чистое Сердце понял наконец причину колебания охотника и обратился к нему с улыбкой:
-- Ну, что же пишет вам Ягуар?
-- Гм! -- только и проговорил охотник.
-- Может быть, -- продолжал Чистое Сердце, -- он так скверно пишет, что вы никак не разберете его каракули? Дайте-ка, я попробую разобрать.