Полицейскому агенту пришлось согласиться, после чего он решил произвести на месте дознание, чтобы собрать в одно целое все подробности об исчезновении Ванды. Он много расспрашивал о мисс Люси Гордон и, несмотря на несогласии всех остальных, выразил убеждение, что она замешана в этом событии; затем он пожелал видеть кучера и лакея, сопровождавших карету, но они продолжали спать мертвецким сном, несмотря на всевозможные средства, к которым прибегали, чтобы привести их в чувство.
К счастью, Бернардо, осмотрев их, вспомнил, что существует в Америке одно растение, которое, если его понюхать, погружает немедленно в непробудный сон, от которого может избавить только прием порошка известного, ему корня. Он поспешил к себе за этим корнем (он вывез из Америки немного туземных средств) и приступил к их лечению. Полчаса спустя, кучер и лакей были в состоянии обстоятельно рассказать, что с ними случилось.
Они поведали, что объехали почти все квартиры, адреса которых были даны Вандой, оставалось только еще одно бедное семейство, живущее на улице Акаций, дом No 96 в Термахе, к которому они намеревались заехать на обратном пути.
Карета остановилась перед означенным домом, и Ванда с мисс Гордон вошли в него. Кучер оставался на козлах, а лакей на тротуаре, возле кареты, когда человек, одетый ремесленником, вышел из этого же дома и, подойдя к кучеру, что-то у него спросил. Кучер, не расслышав вопроса, наклонился к нему, а в эту минуту незнакомец поднес ему быстро что-то под нос. С этой минуты он ничего более не помнит. С лакеем, оставшимся на тротуаре, поступили точно также. Лакей прибавил к этому показанию еще одно важное обстоятельство, а именно, что мисс Гордон во время посещения Вандой больных почти все время сидела в карете и смотрела по сторонам, будто ожидая кого-то. Она только в трех домах входила вместе с ней. Когда они остановились на улице Акаций, No 96, Ванда сказала своей подруге: "Ну здесь, Люси, не стоит тебе выходить, я войду только на минутку". Но мисс Гордон настояла на том, чтобы войти вместе, так что Ванда сказала ей, смеясь: "Ну, иди со мной, упрямица, если тебе этого так хочется!"
В связи с этими показаниями, полицейский агент захотел осмотреть комнату мисс Люси Гордон, и Юлиан поспешил провести его туда.
Все в двух комнатах, занимаемых девушкой, было в полном порядке, и ни письма, ни записки, ничего компрометирующего ее, нельзя было найти. Полицейский агент, с вытянувшимся лицом, уже собирался уйти, как вдруг взгляд его остановился на золе в камине. Вмиг он очутился на коленях перед очагом, разрывая лихорадочно золу руками. Он собрал тщательно несколько обгоревших бумажек и, смахнув с себя золу, стал перед окном сличать их и прикладывать одну к другой.
Сложив вместе две бумажки он показал их Юлиану.
-- Да ведь тут никакого смысла нет! -- воскликнул тот, попытавшись прочитать написанное. -- Что же это должно означать?
Действительно, на двух сложенных бумажках было написано следующее: "Мсадгокин илиартвазеинащебоешавь тинлопсиолатсанямерв М С. "
Полицейский агент рассмеялся и, читая написанное справа налево, произнес следующее: