-- Действительно, -- заметил флибустьер, -- должно быть, я нечаянно выронил их дорогой. Ну, раз так, то беда, по милости Божьей, не так велика, как я думал.
Он тщательно набил трубку, которую принес ему Данник, и закурил ее с наслаждением, отличающим заправских курильщиков. Слуга снова улегся в тени.
-- Итак, старина, -- сказал Монбар, улыбаясь, -- теперь ты уже не чувствуешь себя таким несчастным?
-- Да, признаюсь; однако, не во гнев тебе будь сказано, до сих пор мы не можем похвастаться удачей.
-- Ты слишком требователен, при первой же неудаче теряешь голову и считаешь себя погибшим.
-- Я не считаю себя погибшим, Монбар, особенно когда я с тобой; но...
-- Но, -- перебил знаменитый флибустьер, -- считаешь себя в опасности, не так ли?
-- Почему же мне не сознаться, если это справедливо?
-- Хорошо, у нас еще есть время, так как необходимо переждать жару, прежде чем опять пускаться в путь. Говори же, я слушаю тебя.
-- Ты все еще не оставил намерения отправиться туда? -- с удивлением спросил Тихий Ветерок.