-- Ну, -- сказал Филипп наконец, -- позови ее; надо узнать, что ей нужно, и отделаться от нее.
Говоря так, Филипп не совсем искренне выразил то, что чувствовал в данную минуту. Напротив, его любопытство было сильно возбуждено, и он с плохо скрытым нетерпением, устремив глаза на дверь, ждал старуху, о которой доложил ему Данник.
Наконец она вошла. Филипп вскрикнул от радости и удивления и бросился к ней.
-- Нья [Госпожа, сеньора -- употребляется при обращении к немолодой женщине.] Чиала! -- вскричал он.
Ничего не отвечая, дуэнья взглядом указала ему на Данника, неподвижно стоявшего в дверях.
-- Уйди! -- сказал Филипп Даннику.
Тот тотчас ушел, затворив за собой дверь. Дуэнья подошла к Филиппу и внимательно рассматривала его несколько минут.
-- Итак, это точно вы? -- промолвила она наконец.
-- Я, -- ответил он, -- а вы в этом сомневались?
-- Трудно поверить в то, что вы здесь и при этом занимаете такую должность у графа де л'Аталайя, когда он питает неумолимую ненависть к флибустьерам!