-- О, конечно, кабальеро! У меня теперь в руках полтораста тысяч пиастров, которые я давно уже должен был отправить в Панаму. Но вы знаете, сеньор граф, мы живем, можно сказать, в захолустье, и до сих пор у меня не было случая отослать эти деньги.
-- Стало быть... -- сказал Монбар со странным выражением.
-- Признаюсь вам откровенно, что если бы вы могли избавить меня от этой суммы и передать ее по назначению, вы оказали бы мне неоценимую услугу.
-- Я в отчаянии, сеньор, -- несколько сухо произнес Монбар, -- что не могу исполнить вашего желания, но это невозможно.
-- Почему же, сеньор граф?
-- По очень простой причине, кабальеро: я не знаю наверняка, буду ли в Чагресе.
-- Итак, вы отказываете мне?
-- Против воли, поверьте, сеньор; но я думаю, что этим деньгам лучше остаться в ваших руках, тем более что через несколько дней к вам, вероятно, прибудут корабли из Европы, и тогда легко будет отослать эти деньги.
-- Не будем больше говорить об этом, кабальеро, и простите мне эту нескромную просьбу.
-- Напротив, я прошу вас принять мои извинения. Я был бы рад угодить вам, если бы мог, но теперь мы должны расстаться, сеньор.