-- Да. Охотники всегда стараются попасть в глаз, чтобы не портить шкуры.
-- Я считаюсь хорошим стрелком, а между тем, я не стану держать пари, что обязательно проделаю эту штуку.
-- Вы сами на себя клевещете.
-- Вряд ли.
-- Мой тигреро, бедняга Пенэ, лишится обычной премии в десять пиастров [ пиастр -- старинная испанская серебряная монета ], ну что делать!.. Он сам виноват... Надо будет вернуться на асиенду и прислать кого-нибудь сюда забрать кугуара... Вы ничего не имеете против?
-- Ровно ничего. Они вернулись назад.
-- Гм! -- бормотал про себя капитан, несясь галопом. -- Сегодня же вечером я должен поговорить с ним начистоту.
Глава VIII. Продолжение следует
Испано-американцы, обыкновенно, ничего не пьют ни во время обеда, ни за ужином, и только уже после того, как dulces, то есть пирожки и сласти, заменяющие десерт, убраны, хозяин и гости выпили по стакану воды, -- на стол подают ликеры, и каталонское рефино [ рефино -- особый очищенный сорт водки ] начинает ходить по рукам. Тогда закуриваются сигары и пахитоски, а разговор, всегда несколько натянутый во все продолжение обеда, становится интимнее и дружественнее.
Капитан предусмотрительно выбрал эту минуту для того, чтобы начать свою атаку. Он не предполагал, что молодого человека в конце обеда убедить легче, -- трезвость южноамериканцев вошла в пословицу, -- но на сытый желудок человек делается уступчивее и скорее поддается влиянию.