-- О нет, ваша милость, это охотники.
-- Отлично! И они хотят продать свой скот?
-- Так, по крайней мере, говорил человек, с которым я вчера виделась.
-- Наверное, он запросит очень высокую цену?
-- Об этом я ничего не знаю.
-- Верно. Ну, дитя мое, -- прибавил генерал, вставая и обращаясь к дочери, -- когда ты будешь готова, мы позавтракаем, и я тебя избавлю от адского шума.
Генерал поцеловал свою дочь и вышел.
Как только за ним захлопнулась дверь, девушки принялись хохотать, как сумасшедшие.
Справедливость требует заметить, что обе они мастерски сыграли свои роли -- так правдоподобно, что заставили ничего не подозревавшего генерала сделать то, что им хотелось, причем он был убежден, что поступает так по своему желанию.
В утешение, впрочем, можно сказать, что с тех пор, как существует наш мир, везде и во все времена самый сильный мужчина становится игрушкой в руках слабейшей из женщин, стоило ей пожелать этого.