После взаимного обмена любезностями собеседники снова поклонились.
Ни один народ в мире, кроме мексиканцев, не злоупотребляет в разговоре подобными ничего не значащими любезностями, которые скорее приторны, чем приятны.
-- Кто из вас, господа, сеньор дон Корнелио, -- продолжал все так же любезно генерал.
-- Я, senor caballero, -- отвечал, кланяясь, испанец.
-- В таком случае, -- сказал дон Себастьян, обращаясь с любезной улыбкой к охотнику, -- этот кабаллеро -- дон Луи.
-- Извините, генерал, -- отвечал француз, -- мое имя Валентин.
Генерал выпрямился.
-- Как? -- проговорил он с удивлением. -- А где же сеньор дон Луи?
-- Он, к сожалению, не может исполнить вашей просьбы и явиться к вам, генерал.
-- А почему?