Все высшее общество Эрмосильо собралось во дворце губернатора. Вокруг столов, заваленных золотом, толпились играющие, которые с величайшей беспечностью, составляющей отличительную черту мексиканского характера, делали громадные ставки. В отдельной зале сидели дамы. Прекрасная, как само очарование, донья Анжела царила среди этого цветника хорошеньких лиц.
Но, несмотря на все старания генерала доставить удовольствие своим гостям, на балу не было заметно обычного оживления; молодые женщины, такие страстные любительницы танцев, отказывали всем кавалерам и предпочитали сидеть в одной из зал, предоставленных дамам.
В этой зале собравшееся общество дам беседовало о том, что в высшей степени возбуждало женское любопытство.
Дамы говорили о прибытии французов в Гуаймас.
-- Боже мой! -- вскричала одна хорошенькая женщина с очаровательной улыбкой. -- Неужели эти англичане осмелятся явиться даже сюда?
-- Конечно, -- заметила другая, -- но это вовсе не англичане, дорогая.
-- О нет, вы ошибаетесь, Карменсита, все иностранцы -- англичане, то есть еретики, мне говорил это мой духовник.
-- Они, должно быть, преотвратительные! -- смело вставила третья, с любопытством подаваясь вперед.
-- Ну нет, уверяю вас, они такие же люди, как и все, -- отвечала Карменсита, хорошенькая брюнетка с черными лукавыми глазами. -- Я была в Гуаймасе на празднике Тела Господня вместе с дядей и видела их. Среди них очень много весьма порядочных людей.
-- Не может быть! -- вскричали все женщины хором. -- Они еретики!