Онъ не знаетъ ничего изъ того, что произошло въ эти послѣдніе три года. Не знаетъ, что происходитъ сегодня и, быть можетъ, не узнаетъ и того, что произойдетъ завтра.
* * *
Сдѣлать правильную оцѣнку настоящаго момента, переживаемаго Франціей, разобраться въ той бурѣ, которая возмутила общественную и политическую жизнь ея, конечно не легко. Тѣмъ интереснѣе появившаяся въ послѣдней книжкѣ "Revue des Deux Mondes" статья Мельхіора де-Вогюэ,-- " L'Heure présente".
Мы считаемъ умѣстнымъ изложить нѣкоторыя мысли этого писателя по поводу послѣдняго кризиса, которыхъ нельзя не признать весьма остроумными и бросающими свѣтъ на общее положеніе дѣлъ во Франціи.
Республика вела въ теченіе 20 лѣтъ долгую и упорную борьбу за существованіе, она была въ двухъ шагахъ отъ гибели, когда восторжествовалъ буланжизмъ, и спаслась только благодаря удивительному малодушію, вдругъ выказанному человѣкомъ, который по выраженію Мельхіора де-Вогюэ, "схватилъ ее горло". Она, наконецъ, совершенно истощилась въ борьбѣ, не признаваемая тѣми европейскими странами, которыя были чужды ея политическихъ тенденцій. Но вдругъ счастье ей улыбнулось. Въ три года она возросла и укрѣпилась вновь. Воспоминаніе Всемірной выставки и Кронштадскихъ манифестацій увѣнчали ее двойнымъ ореоломъ богатства и силы.
Ошибки ея основателей, партійный духъ, все было забыто. "Съ каждымъ днемъ закрѣплялись дружественныя связи съ могучей имперіей,-- говоритъ Мельхіоръ де-Вогюэ; -- викарій Христа, казалось только и думалъ и писалъ о томъ, какъ поддержать Францію, свою любимую дочь".
Республика основала обширныя колоніи. Удалось соединить у кормила правленія страной нѣсколькихъ изъ наиболѣе почтенныхъ ветерановъ политики и молодыхъ, но выдавшихся несомнѣнными достоинствами дѣятелей.
И вдругъ въ этомъ тріумфальномъ шествіи республика спотыкнулась на трупъ темнаго ажіотажнаго предпріятія, и вся правительственная машина потрясена, общество смущено, порядокъ нарушенъ. Что собственно произошло? Сомнительное дѣло рухнуло. Но неужели раньше это не бывало? Почему оно могло такъ страшно потрясти организмъ государства? "Потому что этотъ пошлый случай,-- утверждаетъ Вогюэ,-- открылъ неизлечимое худосочіе нашего политическаго и соціальнаго организма, обнаружилъ его внутреннюю нищету. Анархія и отсутствіе власти предстали воочію".
И министры, люди съ несомнѣнными личными достоинствами, дѣятели, которые въ своихъ департаментахъ выказали себя въ качествѣ хорошихъ администраторовъ, кажутся паралитиками, когда они собраны у трибуны, и должны рѣшать государственные вопросы. Мельхіоръ де-Вогюэ указываетъ на то вырожденіе идей, положенныхъ въ основу современной Франціи, которое обезсилило и обезцвѣтило учрежденія и всѣ функціи общественной жизни. Первоначальная доктрина, за которую стояли теоретиви, движимые самыми благородными побужденіями въ жизни, видоизмѣнились до неузнаваемости. Напримѣръ, къ чему повела свобода прессы? Она создала изъ нее страшную силу, но сила эта начинаетъ становиться зловредной.
Политическою и общественною жизнью правитъ финансовый феодализмъ, онъ-же дѣйствуетъ и въ прессѣ. Существуетъ волоссальное недоразумѣніе въ отношеніяхъ читателя и газеты. Въ силу медленности, съ какою происходитъ измѣненіе разъ составленнаго мнѣнія, публика продолжаетъ требовать направленія мысли отъ промышленнаго заведенія.