Принц, не обращая на него внимания, оживленно заговорил:
-- Я мало еще видел посторонних людей и никогда почти не покидал своего местожительства; но люди везде одинаковы и здесь такие же, как у нас.
-- Я этому рад, -- возразил, от души засмеявшись, император, и черты лица Дибича озарились счастьем. -- Я рад, что вы так скоро освоились с нами; а чего еще не знаете, тому скоро научитесь.
-- Ах, Боже мой! -- воскликнул принц. -- Жизнь слишком коротка, чтобы научиться всему, чему мы должны и чему хотели бы научиться.
-- Браво! -- вскричал император, значительно взглянув на Дибича и милостиво подмигнув принцу.
Затем он быстро встал со стула и, послав принцу поцелуй рукой, вышел, приговаривая:
-- Очень рад, милостивый государь, нашему знакомству! Очень рад! Очень рад! Подождите, я доложу о вас императрице.
Император все время говорил по-немецки совершенно чисто.
Когда звук шагов государя затих в Рафаэлевской галерее, ведущей на половину государыни, Дибич воздел глаза и ладони к потолку библиотеки и прошептал:
-- Благодарение Богу! Император к нам милостив!