-- Генерал Бенигсен, -- отвечал Пален.
Они мгновенно молча воззрились друг на друга.
-- Я пойду к императрице, -- сказала графиня Ливен.
-- Вам должно узнать пароль и лозунг. Часовые не пропустят вас без этого, -- сказал граф Пален.
-- Посмотрю я, как это они меня посмеют не пропустить! -- поднимая надменно голову и ударив клюкой об пол, сказала графиня Ливен. -- А как? -- подумав, прибавила она.
-- Золотой овен и... граф Пален! -- запнувшись, сказал граф Пален.
-- Вы дурак, Пален! -- гневно сказала графиня Ливен. -- Отворите мне дверь. С чего это вы ее на ключ заперли? Моя камер-фрейлина может Бог знать что подумать.
Граф Пален поспешил отворить дверь настежь и с низким поклоном пропустил вперед старуху.
Она вышла, стуча клюкой, и быстро направилась в апартаменты императрицы.
Сторожевой пост, расположенный внизу лестницы, скрестил штыки. Графиня властно потребовала пропуска. Штыки опустились. В каждой зале она натыкалась на часовых и все ей безропотно покорялись. В последней зале, которая открывала доступ с одной стороны к апартаментам императрицы, а с другой -- к покоям императора, запрет следовать дальше был выражен безапелляционно -- стража тут была особенно многочисленна и решительна.