Средь Гатчины открылся рай!
Пленяет нежный гром музыки,
Пылают тысячи лампад!
А все же мрачные думы одевали чело императора подобно туманам Сен-Готарда. Вдруг посреди брачных торжеств получено было известие о переходе русских войск через Альпы и победе над неприятелем! Древний Ганнибал воскрес! Стратеги и политики обретались в глубоком смущении.
Граф Ростопчин прочел императору Павлу реляцию о переходе Альпийских гор.
-- Жалую Суворову звание генералиссимуса! Подлинно над всеми генералами мира оный генерал! Это много для другого, а ему мало... Он же кузен сардинскому, значит и нам. Напиши в рескрипте ему вот что: "Побеждая повсюду и во всю жизнь вашу врагов отечества, недоставало вам одного рода славы -- преодолеть и самую природу". И сие ныне восхитил! Ну, господин первый консул Буонапартий! Пожалуй, теперь вы Мальту долго не продержите в руках. Огнь храбрости войск российских сию накалил докрасна, пальцы обожжете и наверное выпустите.
-- Совершенную истину говорите, государь, -- сказал Ростопчин. -- Только как сей раскаленный кус из рук первого консула выпадет, то, пожалуй, подхватит его зубами прожорливый британский пес!
-- Никогда, -- сказал император. -- Мальта принадлежит ордену. Я -- гроссмейстер.
XIV. Списки раненых
Первые реляции о действиях войск российских в северной Италии вместе с известиями о славных победах и подвигах приносили и списки раненых и убитых. Павел Петрович едва ознакамливался с реляциями сам, первый сообщал радостные известия княжне Анне и во время своих посещений incognito фаворитки читал ей реляции, сопровождая их толкованиями. Княжна слушала государя с притворным вниманием, но каждый раз просила дать ей просмотреть списки раненых и убитых.