-- Где он Ванька-то? Подавай его сюда, -- бодро сказал дедушка Артём.
-- Лежит в забытьи, -- отвечала Матрёна. -- Вторые сутки словно в огне горит.
-- А вот мы посмотрим, -- продолжал старик. -- Ты, кум, поставь мою лошадёнку, да засыпь ей овса, а я кой-что из саней выну.
Они вместе вышли. Скоро дедушка Артём вернулся с ларчиком в руках. В этом ларчике была его аптечка. Он его поставил на стол и пошёл за перегородку, чтоб взглянуть на крестника.
Мальчик кричал. Матрёна взяла его на руки.
-- Родной мой! -- говорила она. - Глянь-ко, крёстный приехал, гостинцу привёз.
Ванюша умолк на минуту, взглянул на крёстного, и опять раскричался.
А дедушка Артём поспешно отпер ларчик, вынул склянку с жидкостью, отлил несколько капель в деревянную ложку, разбавил их глотком воды и дал выпить мальчику. Затем спросил глины, смешал её с водой и привязал к подошвам больного.
-- Авось Бог поможет, а ты поставь-ко самовар, хозяюшка, -- сказал он.
И все как будто ожили, засуетились. Матрёна принялась раздувать самовар, девочки побежали в село за баранками и возвратились, запыхавшись.