Брежневу показалось невозможнымъ, чтобъ въ жизни Алины было воспоминаніе, отъ котораго бы ей приходилось краснѣть, и стало досадно на себя при мысли, что онъ неловкостью выраженія заставилъ искреннее свое сужденіе принять за комплиментъ. Разговоръ перешелъ къ чтенію вообще.
-- Я очень люблю читать, сказала Алина: -- но избѣгаю литературныхъ споровъ, потому-что дорожу собственнымъ своимъ мнѣніемъ. Вы видите, и я самонадѣянна. Я чувствую что книга мнѣ нравится не по своему достоинству, а по тому впечатлѣнію, которое во мнѣ оставляетъ. Иному во мнѣніи знатоковъ очень-посредственному автору я остаюсь благодарна за доброе чувство, которое онъ во мнѣ нечаянно вызвалъ. Объ иныхъ можно сказать то же, что и о людяхъ, въ которыхъ нѣтъ ничего блестящаго, но за-то столько добраго и снисходительнаго, что въ ихъ обществѣ невольно становишься лучше.
"Вы именно принадлежите къ числу такихъ людей", подумалъ Брежневъ.
Его бесѣда съ Алиной была прервана внезапнымъ появленіемъ Мадлены. Сердце Брежнева забилось.отъ чувства близкаго къ ненависти.
-- Я думала, что ты одна, сказала Мадлена поцаловавъ Алину и обмѣнявшись съ Брежневымъ самымъ холоднымъ поклономъ.
-- Я не буду вамъ мѣшать, сказалъ Брежневъ и взялся за шляпу.
-- Мадлена, что съ тобой?.. вполголоса спросила совершенно-растерявшаяся Алина.
Мадлена почувствовала, что выдаетъ себя.
-- Прошу васъ остаться, сказала она.-- Мнѣ показалось, что я помѣшала вашему разговору.
-- Мнѣ пора ѣхать, сухо отвѣчалъ Брежневъ и откланялся.