С этого времени Гальянов виделся почти ежедневно с Женей, что не мешало ему оставаться в ладах с Анной Павловной, а Женя с каждым часом привязывалась к нему всё более и более. Она была склонна к идеализму и увлеклась Гальяновым по первому впечатлению, почти вовсе его не зная. В его мнимые совершенства она поверила безусловно, на слово; полюбив, вся обратилась в чувство. Мир ограничился для неё Гальяновым. Придёт ли Гальянов? Когда он придёт? Как на неё посмотрит? Около этих вопросов вертелась её жизнь. Гальянов, вызывая всячески её любовь, умалчивал однако о своей, или намекал на неё косвенно, и томил молодую девушку чувством недоумения.
Марья Михайловна следила, скрепя сердце, за этим романом. Она попробовала открыть глаза Жене, но ограничилась первою попыткой, сознавая, что рассудок не в состоянии остановить женщину на дороге, когда страсть влечёт её к погибели.
-- Кого это я встретил в передней? -- спросил раз Гальянов, поздоровавшись с Марьей Михайловной.
-- Это Орефьев, -- отвечала Женя, -- сын старой графини, которую вы раз видели... помните? На свадьбе?
-- Вот господин, в котором не ошибёшься, -- резко заметил Гальянов. -- Должно быть, у него другой цели нет в жизни, как щеголять в чистых перчатках. А нашему брату демократу такие герои не по душе.
-- Вы однако ошибаетесь, -- возразила Марья Михайловна, -- он очень хороший и далеко не пустой человек. А что он носит чистые перчатки, это ещё не беда. Женя, -- прибавила она, -- что же ты не скажешь слова в пользу Орефьева? Ты с ним всегда была в хороших отношениях.
-- Я уверен, что Евгения Михайловна разделяет моё мнение, -- сказал Гальянов и посмотрел на неё таким взглядом и с такою улыбкой, что Женя покраснела, отвернулась и вышла из комнаты. Марья Михайловна осталась наедине с Гальяновым. Оба молчали. Наконец Марья Михайловна собралась с духом.
-- Скажите, пожалуйста, Фёдор Иваныч, -- спросила она, -- демократы разыгрывают иногда роль... влюблённых, например?
-- Может быть; иные, вероятно, разыгрывают эту роль, -- отвечал Гальянов так спокойно, что Марья Михайловна не заметила лёгкого изменения в его физиономии. Гальянов продолжал:
-- Это намёк, я вас понял и буду отвечать без обиняков. Я не прикидываюсь влюблённым, я люблю вашу сестру... Она, кажется, ко мне расположена, но в её чувствах я не вполне ещё уверен и молчу о своих. Я знаю, что меня ожидает в будущем, но от неё не отступлюсь.