Онъ вынулъ изъ кармана портфель, въ которомъ былъ сложенъ листокъ бумаги, и развернулъ его осторожно чтобы не измять. На листѣ была приложена печать, изображающая крестъ съ надписью: Spes. {Надежда. Такіе листы графъ Шамборъ раздавалъ своимъ приверженцамъ.} Внутри подписано рукой графа Шамбора: А monsieur de Morangy.-- Henri.
Пока разсматривали съ любопытствомъ этотъ листокъ, Moранжи успѣлъ вынуть изъ бумажника записочку, которая осталась въ его рукѣ.
-- Я поклонница Генриха V, оказала Кети.
-- А вы? спросилъ Моранжи у ея сестры.
-- Я ничего не знаю о его личномъ характерѣ, отвѣчала Марья Павловна.-- Но мнѣ не разъ приходилось читать и слышать разказы путешественниковъ о принцахъ Орлеанскихъ Вотъ сегодня!
-- Bah! отозвался почти съ презрѣніемъ легитимистъ.-- Ихъ дѣдъ и ихъ отецъ были измѣнники.
-- А какое мнѣ дѣло до ихъ дѣда и отца! Я знаю, а всѣ знаютъ что принцы Орлеанскіе рыцари, и тѣмъ хуже для Французовъ, если они не способны ихъ оцѣнить. Я бы прошла сто верстъ пѣшкомъ чтобы на нихъ взглянуть.
-- Какой огонь! замѣтилъ съ изумленіемъ. Моранжи.
Для него было непонятно такое горячее сочувствіе къ людямъ съ которыми не имѣешь ничего общаго. Онъ это замѣтилъ Марьѣ Павловнѣ.
-- Il faut bien admirer quelqu' un, отвѣчала она вся вспыхнувъ.