-- Вздоръ.... немного слабъ, вотъ и все. Хорошо что дядя преувеличиваетъ мою болѣзнь. Здѣсь душно.... садись сюда у окна... Ну, чѣмъ же мнѣ тебя угостить? Хочешь чаю?..
-- Да, да, пожалуста.
Образцовъ вышелъ поспѣшно въ корридоръ, чтобы распорядиться объ угощеніи. Марья Павловна угадывала что подъ несвойственною ему поспѣшностью, подъ этою привѣтливостью скрывалось глухое разочарованіе.
"Боже мой, что я сдѣлала!" подумала она со страхомъ и не могла опомниться.
Но онъ вернулся съ улыбкой на губахъ, и за этою улыбкой никто не угадалъ бы задней мысли.
-- Такъ мы проведемъ вечеръ en tête-à-tête, какъ старые пріятели? сказалъ онъ потирая себѣ руки.
-- Я думаю, тебя одолѣла скука, отвѣчала она, начиная успокоиваться.-- Да кажется ты теперь и знакомыхъ не нашелъ въ Москвѣ? Всѣ въ разъѣздѣ.
-- Я, признаюсь, ихъ и не отыскивалъ.... Не до нихъ! А Кети уѣхала, и ты осталась въ первый разъ одна?
Марья Павловна отвѣчала уклончиво:
-- Ты вѣдь знаешь что мы не сходимся съ сестрой, и я не смотрю на ея отсутствіе какъ на горе.