-- Я не такой эгоистъ какъ ты думаешь, возразилъ Володя.-- Я ни съ чѣмъ не помирился. Но стариковъ мы не переспоримъ. Надо покориться до поры до времени.
-- А я хочу отъ нихъ избавиться не дожидалсь сѣдыхъ волосъ.
Оля измѣнилась въ лицѣ и взглянула на Володю, а Володя посмотрѣлъ на меня какъ на сумашедшую.
-- Какъ же это избавиться? спросилъ онъ.
-- Мнѣ девятнадцать лѣтъ, а Олѣ уже минуло семнадцать. У насъ состояніе хоть небольшое, но все-таки кусокъ хлѣба...
-- Какъ? перебилъ Володя,-- съ кѣмъ же вы будете жить, если насъ оставите?
-- Съ кѣмъ-нибудь... да хоть однѣ!
-- Однѣ?... Ты съ ума сошла. Какъ! Двумъ дѣвушкамъ жить однимъ или съ к ѣ мъ-нибудь?
-- А что же тутъ страннаго? Несбыточнаго?
-- Какъ что? Да это невозможно! Да ты помѣшалась, повторилъ Володя.-- Пойми-же что это невозможно. Волервыхъ, я представить себѣ не могу что сдѣлается съ отцомъ; вовторыхъ, подумай что скажутъ въ свѣтѣ? А родные? Они васъ загрызутъ! И ты на все это пойдешь?