-- Однако, душа мои,-- сказалъ м-ръ Физерстонъ своей женѣ:-- мы совсѣмъ позабыли остальныхъ своихъ гостей. Не пора ли вернуться къ нимъ?
-- Иду,-- отвѣчала она,-- я должна какъ можно скорѣе и какъ можно приличнѣе отдѣлаться отъ нихъ. Эта злосчастная исторія совсѣмъ разстроила меня..
Повинуясь взгляду Мабель, Винцентъ, въ то время какъ всѣ, находившіеся въ комнатѣ послѣдовали за миссисъ Физерстонъ въ большую залу, не вышелъ за хозяйкой и остался вмѣстѣ съ Мабель.
-- Когда вы намѣрены довести это до всеобщаго свѣденія?-- спросила она, и въ голосѣ ея звучала такая непривычная холодность, что сердце у него сжалось: Неужели она угадала его хитрость? Неужели, все погибло?!
-- Такъ скоро, какъ только можно,-- мягко отвѣчалъ онъ.-- Мы увидимся завтра съ издателями и все уладимъ:
-- И затѣмъ наступитъ ваше торжество,-- горько сказала она.-- Надѣюсь, что вы способны имъ наслаждаться?
-- Мабель,-- внушительно произнесъ онъ.-- Гарольдъ Каффинъ вынудилъ меня высказаться сегодня. Я... я еще не думалъ предъявлять своихъ правъ на эту книгу.
-- Зачѣмъ вы давно этого не сдѣлали? зачѣмъ вы взвалили такое бремя на плечи Марку. О!-- это было очень эгоистично съ вашей стороны, Винцентъ.
-- Я хотѣлъ устроить все наилучшимъ образомъ,-- пролепеталъ онъ и самъ удивился, какимъ жалкимъ касалось это извиненіе.
-- Наилучшимъ образомъ для васъ, но не для Марка. Подумали ли вы въ какое фальшивое положеніе вы ставите Марка? Что съ нимъ теперь будетъ? Можетъ быть его романы и нашли бы издателей, но послѣ всего, что случилось, врядъ ли. Да и навѣрное найдутся люди, которые будутъ думать и говорить, какъ Гарольдъ Каффинъ. И всему этому вы причиной, Винцентъ!