Сафоновъ остановился, пропустилъ мимо команду и, не сходя съ мѣста, прилегъ на землѣ. Минуту спустя къ нему медленно, нерѣшительными шагами подошелъ Карташовъ и вытянулся въ ожиданіи. Сафоновъ какъ будто не замѣчалъ его. Онъ лежалъ спиной къ прогалинѣ.
-- Ваше благородіе!..-- нарушилъ молчаніе Карташовъ.
Сафоновъ рванулся съ земли, метнулъ взглядъ на сапоги унтеръ-офицера и снова махнулъ рукой.
-- Кончай скорѣй! -- крикнулъ онъ хрипло вслѣдъ Карташову и снова прилегъ, закрывъ руками лицо.
Онъ не видѣлъ, какъ Карташовъ отсчиталъ шаги и построилъ команду, не видѣлъ, какъ старикъ полнымъ отчаянія взглядомъ искалъ его, Сафонова, и шепталъ блѣдными устами: "шангау, шангау капитана", какъ повернулъ въ сторону далекихъ горъ лицо, по которому скатилось нѣсколько слезинокъ, и какъ затѣмъ, скрестивъ на впалой груди костлявыя руки, застылъ какъ изваяніе, полный величаваго спокойствія, почти презрѣнія передъ ожидавшей его смертью.
Карташовъ сталъ вдругъ странно неповоротливъ. Казалось, что къ его ногамъ были привѣшевы невидимыя тяжелыя гири, а глаза лѣзли изъ орбитъ, какъ будто его давили за горло. Команда стояла съ сумрачными лицами, глядя въ землго, и только маленькій Фрумкинъ сверкалъ возбужденно свѣтившимися глазами.
Чуть слышно прозвучала команда. Винтовки подпрыгнули и вытянулись горизонтально. Карташовъ отступилъ немного и медленно прошелъ позади солдатъ, глядя на направленіе винтовокъ, которыя почему-то расходились въ разныя стороны... На нѣсколько мгновеній Карташовъ какъ бы задумался, затѣмъ рѣшительнымъ движеніемъ досталъ изъ кобура револьверъ и, прищуривъ лѣвый глазъ, сталъ медлепно наводить оружіе на старика, цѣлясь въ голову.
На прогалинѣ вдругъ стало какъ-то необыкновенно тихо. Было что-то подавляющее въ этой мертвой, страшной тишинѣ, и казалось, что не Карташовъ, а кто-то другой, невидимый, спрятавшійся въ гаолянѣ, произнесъ "шш!"
Грянулъ нестройный залпъ, старикъ покачнулся, руки разомкнулись и повисли, и когда лобъ и лицо густо окрасились темной кровью, дряблое тѣло старика осѣло и грузно повалилось на землю.
Мертвая тишина пропала. Отъ ружейнаго залпа какъ будто проснулась вся окрестность, дрогнули суровыя высоты, встрепенулся гаолянъ, пошатнулось старое, сухое дерево, и ниже нависло небо надъ землей.