Сигналы были правильные, по русской семафорной азбукѣ и сообщали дистанцію, отдѣляющую непріятеля, съ большой точностью.
-- Ну, этимъ насъ не проведешь! -- говорилъ корпусный командиръ,-- на кустахъ имъ удалось смошенничать, ну а на сигналахъ не выгоритъ!
Сигналы повторялись съ удивительной настойчивостью, но на нихъ не обращали вниманія, а одна изъ батарей, по приказанію корпуснаго командира, дала нѣсколько залповъ по краснымъ флагамъ, послѣ чего сигналы прекратились.
Вечеромъ, по обыкновенію, у начальника артиллеріи собрались къ ужину офицеры.
Говорили о стрѣльбѣ, высчитывали количество истраченныхъ снарядовъ и строили предположенія о предстоявшей аттакѣ.
-- А гдѣ же нашъ Комарикъ? -- спросилъ полковникъ уже подъ конецъ ужина. Тогда только спохватились, что Комарика нѣтъ.
-- Должно быть, переконфузился бѣдеяга! -- рѣшилъ полковникъ.-- Не везетъ ему положительно!
Офицеры уже расходились изъ-за стола, когда вошелъ Сафоновъ. Онъ кивнулъ мнѣ головой и, представившись полковнику, подалъ ему смятый сѣрый "полевой конвертъ".
-- Что это? Отъ кого?-- спросилъ полковникъ.-- Позвольте, это не мнѣ... Капитану Гертелю... командиру...
Полковникъ вдругъ нахмурился и съ испугомъ отстранилъ отъ себя конвергь.