Эскадронъ остановился у подошвы отлогаго холма и спѣшился.
Часть людей взбѣжала на гребень холма и стала развертываться цѣпью.
Въ это время взошло солнце, и невдалекѣ показалась стройно колыхавшаяся черная масса.
-- Японцы! Это гвардія! -- послышались голоса.
Непріятель быстро приближался, и скоро въ переднихъ рядахъ замелькали широкіе малиновые лампасы.
Раздался залпъ. Цѣпь стремительно скатилась съ гребня, закидывая за плечи винтовки, бросилась къ лошадямъ, и снова началась бѣшеная скачка. Люди задыхались въ рядахъ, по лицамъ катился лотъ, съ земли поднимались цѣлыя облака пыли, а лошади горячились и тревожно похрапывали.
На поворотѣ выглянула деревушка, утопавшая въ зелени. Надъ живой изгородью шиповника запестрѣли яркими пятнами пунцовые и бѣлые цвѣты мака. Замелькали синія курмы китайцевъ; старики, женщины и дѣти стали выбѣгать изъ фаизъ. Они наполняли водою жестяныя ведра, сосуды изъ тыквы и шли навстрѣчу драгунамъ.
Грознымъ ураганомъ ворвался эскадронъ въ деревушку. Въ узкой, кривой улицѣ произошла давка. Топотъ, лязгъ оружія, вопли опрокинутыхъ, попавшихъ подъ копыта китайцевъ, проклятія и крики солдатъ, ржанье и храпъ взбѣсившихся лошадей -- все смѣшалось въ ужасный хаосъ.
Оставивъ позади себя нѣсколько изуродованныхъ, раздавленныхъ китайцевъ, эскадронъ вразсыпную пронесся карьеромъ черезъ долину и очутился въ узкомъ корридорѣ между двумя рядами каменистыхъ, крутыхъ сопокъ.
-- Ну и влетѣли! -- раздавалось въ тѣснившихся рядахъ.-- Ежели не уйдемъ, тутъ и конецъ!