Мы узнали, что генерал Тотлебен, который так удивительно организовал оборону Севастополя, сделав его из почти открытого города крепостью первого разряда, в виду осадной армии, был серьезно ранен пулею в ногу. Это очень большая потери для русских войск. Если мы и не в претензии на поразившую его пулю, тем не менее желаем, чтобы рана удержала деятельность этого замечательного офицера лишь до заключения мира.
5 июля/23 июня 1855 г.
Генерал Фашё приехал два дня тому назад и вступил в командование дивизией.
По уставу, к нему явились офицеры и он, ничего нам не сказав, ограничился одним обходом всех, и раскрыл рот лишь для того, чтоб сделать замечание одному из наших товарищей за ветхое состояние его плаща.
Первое впечатление не из хороших… больше ничего не могу сказать.
Уходя от генерала Фашё, мы узнали новость, доставившую нам большое удовольствие. Наша дивизия выделяется из осадного корпуса и составит часть наблюдательного отряда на р. Черной. Мы заместим там дивизию Канробера, назначенную сменить нас в лагерях у Мельницы, чему все очень рады. Уже целых девять месяцев, как мы проводим две трети наших ночей в траншеях, а потому вполне приобрели право отдохнуть несколько дней! Да и наличность наших батальонов настолько уменьшилась, что мы больше негодны для серьезной службы и нам необходимо подождать подкреплений.
Дивизия Канробера, наоборот, принимала очень косвенное участие в осадных работах и весьма довольна, что выйдет из относительной бездеятельности.
Мы в тоже время узнали, что генерал Канробер возвратился во Францию, по формальному приказу Императора. Он замещен в качестве начальника дивизии генералом Мак-Магоном.
60
Лагерь на р. Черной 14/2 июля 1855 г.