Ночью, кавалерийские посты должны делать далекие разъезды в долине р. Черной, для убеждения, что неприятель не пользуется темнотой с целью соединения своих войск.
Наконец, каждый день в глухую ночь батальон нашей дивизии располагается у подошвы холма, чтоб подкрепить мостовой пост, и возвращается в лагерь, когда на рассвете, около 4-х часов утра, кавалерия сделает свой последний объезд.
Дивизия, находящаяся левее нас, также содержит посты перед своим фронтом до пункта, где речка переходима вброд, впереди дивизии Каму.
Вот расположение, принятое в обеспечение безопасности нашей армии.
На месте осады, со времени нашей несчастной попытки 18/6 июня, мы ничего не предпринимали серьезного и работы там продолжаются в обычном, правильном порядке.
С своей стороны русские употребляли все старания возвратить себе Камчатский люнет. В последнюю ночь они выслали свои лучшие войска, Императорскую гвардию, сначала на английские траншеи, а затем на ложементы между Малаховым и люнетом; после яростной борьбы, русские, по рассказам, выказавшие чудеса храбрости вне всякого описания, — были отбиты 86 пехотным полком и принуждены были отступить.
Подробностей об этом у меня нет.
Многие другие незначительные вылазки были произведены не с лучшим успехом. Неприятель теперь слишком стеснен, чтоб попытаться произвести серьезное нападение против наших линий.
Мне хорошо в лагере у Трактира. Кухня обильно снабжена припасами и белье мое прекрасно вымыто. Сплю глубоким сном, когда выберется время; наши люди веселы и болтают как сороки… но всё таки нам недостает одного… гула орудий… Теперь мы помолчим, а затем… кто может знать продолжительность нашего отдыха!..
Пред выступлением из лагеря у Мельницы, я хотел обеспечить участь моих ласточек и их семьи. С этою целью я обещал наследнику моего жилья оставить нетронутой конюшню для лошадей и шесть тантабри, служащих ей крышей, с единственным условием, чтоб он не разорял гнезда моих маленьких друзей.