Затем отправился осматривать Камыш. Это уже не прежний Камыш, а настоящий город с деревянными домами в один этаж, построенными по плану, утвержденному городским управлением. Улицы его носят, на прибитых к домам дощечках, надписи: Наполеона, де Лурмель и проч.; гостиницы называются: отель Малахов, Победы, Черная, — кафе и рестораны названы: кафе Трактира, Инкерманский ресторан и проч. Промышленники, содержащие эти заведения, спешат нажиться, так как завтра армия может сесть на суда, и всё то что не будет обращено в деньги из запасов, пропадет.
Перед вечером случайно встретил капрала с №95-м на кепи и узнал от него, что три роты, составляющие наше небольшое депо, размещены недалеко от старого лагеря у Мельницы. Эти новости были драгоценны для меня, так как все мои вещи находятся или должны находиться в малом депо, а для меня главная задача теперь состоит в разыскании их.
Обедал в ресторане Золотого Рога, с прибавкою против меню завтрака, супа и вареной говядины, ценою за всё 12 франков.
На следующий день отправился в малое депо и обошел все наши старые лагеря, найдя их в том же положении, в каком оставил.
Офицеры трех рот 95 полка оказали мне прекрасный прием, и я у них завтракал.
Все мои вещи были хорошо сохранены и я успел к тот же день перенести их в барак 94 полка. Только моя строевая лошадь взята была в ремонт, другая же арабской породы оказалась хромою от полученной одновременно со мною раны у Трактира.
Оставляя своих товарищей по депо, я посетил моего старого полкового командира — Лабади. Произведенный в генералы и назначенный командующим частью во Франции, он настаивал, несмотря на свой 61 год, получить бригаду в Крыму, и Император не мог отказать ему в этом последнем желании, и Лабади, немного спустя после взятия Малахова, возвратился в Крым. Он оставил меня без отговорок обедать и любезно предложил мне для возвращения в Камыш, одну из своих лошадей и вестового.
Мне пришлось в Камыше ожидать отхода судна в Кинбурн, и только 26/14-го я мог сесть на «Зуава» небольшой английский пароход, нанимаемый французской администрацией.
Это плохое небольшое судно должно было перевезти в Кинбурн лишь 200 баранов и 80 быков, и вовсе не было приспособлено для пассажиров, однако интендантство посадило на него, не предупредив капитана, двух офицеров поручика Касань и меня, и 55 солдат, выпущенных недавно из лазаретов и назначенных в 95 полк. Капитан, не имея в виду перевозки людей, не успел запастись свежими припасами, и нам пришлось удовлетворяться сухой морской пищей.
Интендантство положительно следует переформировать и дать ему совершенно новую организацию.