Ваше не изменился в лице.
— Его расстреляли случайно?.. Или за дело?..
— Он был коммунистом. Он хорошо умер…
Жак хотел уйти, но Ваше его удержал:
— Посидите немного со мной… Мы вместе пообедаем.
Жак думал, что доктор будет расспрашивать, как боролся его сын, или отдастся воспоминаниям, но Ваше молчал. За обедом он говорил о погоде, о том, что у Люлю свинка, жаловался на затемнение — «вчера чуть не сломал ногу»… Жак заговорил о Виши, о Лавале; Ваше покачал головой.
— Я в этом ничего не понимаю… Я не знал, что Анри был коммунистом. Странно… Он прилично зарабатывал, не нуждался… Может быть, вы тоже коммунист?
Жак кивнул головой. Доктор налил ему кофе.
— У меня еще запасы довоенного… А я не пью, у меня от кофе бессонница…
На минуту его лицо дрогнуло, он сказал: