— Добрый капрал говорит: надо много убивать. Добрая дама говорит: не надо убивать. Я говорю: надо немного убивать.
VI
В Сан-Рафаэле возле каждого дома — столики. Обыватель, купив дюжину бутылок пива, открывает «кафе» для сенегальцев. Сенегальцы приходят компанией, очень вежливы, и платят столько, сколько спрашивают. А так как спрашивают много, то берут на всех — одну бутылку. Пива чуть-чуть на донышке, — зато сидят за столом, да еще часто вместе с хозяевами. Угощают хозяйку и в упоении скалят свои сверкающие зубы.
Француженки ими увлекаются. Светские дамы ходят под вечер в лагерь глядеть на их игры. Молодые сенегальцы, голые, в узких поясках, борются друг с другом, кувыркаются в траве, купаются. Действительно, они очень красивы, с девическими стройными телами.
Негры тоже заглядываются на белых женщин. Но они слишком простосердечны и наивны. Какая-то мастерица строит черному глазки; он удивленно смотрит на нее. Она толкает его — он вежливо сторонится. Это — новичок. Пожившие несколько месяцев во Франции уже умеют закатывать белки и целовать ручку.
В Марселе я встретил соммалийца, который покупал в палатке грошовую брошку и клетчатую нижнюю юбку. Он объяснил мне, что это для «дамы», которая прислуживает в кафе. Он принесет ей это сегодня и предложит стать его женой. После войны он повезет ее в Соммалию. Это — свадебные подарки. Прямо, ясно и понятно.
Порой за эту прямоту приходится жестоко расплачиваться. Возле Сан-Рафаэля жила молодая крестьянка. Муж на войне. Она сошлась с сенегальцем. Муж вернулся в отпуск, нежданно, вечером. Сенегалец выбежал навстречу.
— Тебе что?
— Я — муж.
— Нет, теперь я муж.