- Моисей... Моисей... Да затвори же окошко, - кричала мне из спальни Сарра, оправлявшая постель. - Ты нас всех простудишь...
Но мне было не до нее.
"Ага! - смеялся я про себя. - Ага! Отведали моих гвоздей да шкворней: не по вкусу, видно, пришлось!"
Тут жена с Ципорою принесли ко мне детей в комнату. Поневоле пришлось затворить окно, а то бы до вечера так и оставил...
Сарра принялась нагревать белье. Ципора, налив в корыто теплой воды, стала мыть маленького Эздру. А я мысленно восхвалял Бога, избавившего нас от бед и опасностей.
- Получи я теперь известие от Варуха, - проговорила Ципора, - и я была бы совершенно довольна.
- Да, - сказал я жене, когда мы сели потом завтракать. - Счастливо мы отделались. Так-то счастливо, как даже и ожидать нельзя было. Город, пожалуй, будет находиться в блокаде у союзников, пока император не одержит над ними окончательной победы, да нам-то это и на руку теперь... да, да. Подвоза не будет: и хлеб, и мясо, и вино, и все вздорожает. А мы тут-то и станем распродавать наш запасец. Стоит только не терять времени да выбрать удобную минуту... Барыш будет отменный. Тут и думать нечего.
Сарра, как умная женщина, разделяла мое мнение...
Тотчас же после стола я спустился в подвал и принялся усердно мыть и готовить бутылки.
В городе все успокоилось. Все принялись за свои дела: милиционеры сняли мундиры; старик Клипель застучал своим молотком; Шануэн по-прежнему выложил на окна горячие булки; аптекарь Триболси свои бутылки с синей и красной водой.