Страшно было слушать. Не рад я был, любезный мой, что остался. Седые усы майора судорожно подергивались... он несколько раз протягивал вперед руку, как бы желая сказать защитнику: "Довольно!"
Но Бюрге продолжал говорить, не останавливаясь.
Каждое слово его шло прямо к сердцу. Он кончил только в 11 часов.
Члены суда были глубоко растроганы. В зале все рыдали. Преступник лежал в обмороке.
Вслед за Бюрге опять было заговорил обвинитель, да уж его никто не слушал. Что отвечал ему Бюрге, я, признаться, и не припомню... столько у меня всего перебывало в этот день в голове.
Ровно в час члены суда из залы удалились для совещания в председательский кабинет.
Прошло десять минут томительного ожидания.
Наконец, сам председатель с эстрады объявил, что обвиняемый единогласно оправдан, и в то же время приказал немедленно освободить его.
Это был первый оправдательный приговор со времени блокады.
Я порывисто подбежал к Бюрге, схватил его за обе руки и припал к нему.