Говоря это, он смеялся... и у всех солдат были довольные лица.
Но мне было не до смеха, я спешил вернуться домой и дорогой с ужасом повторял про себя слова пророка...
- "И прибудут вестник за вестником и гонец за гонцом, и возвестят они царю, что пути его захвачены, болота спалены огнем, а воины его бегут перед нашествием. Храбрейшие отказались от битв и заперлись в крепостях, силы их были малы и преграды их уничтожены. Подымайте высоко знамена и трубите народам, созывайте их против него, восстановляйте царства, назначайте вождей. И земля дрогнет, потрясется и взволнуется, и совершится все, что предначертано Всевышним, дабы привести страну в отчаяние и стереть жителей с лица земли".
Исчезала последняя надежда получить спирт.
- Боже мой, Моисей, что случилось? - с испугом спросила меня Сарра, когда я вернулся домой. - На тебе лица нет! Говори.
- Плохо, Сарра, совсем плохо... - отвечал я, - настали грозные, бедственные времена... исполнились слова пророка: "царь юга ударит его рогами своими, а царь аквилона воздвигает против него бурю... она вторгнется в его земли, наводнит, потопит и опустошит их".
Произнося эти слова, я с ужасом поднимал руки к небу.
Испуганный Саулик прижался ко мне...
Сарра, молча и потупя голову, стояла перед нами.
Тогда, в коротких словах, передал я им, что австрийцы уже заняли Эльзас, что баварцы, шведы, пруссаки и русские несметной силой, сотнями тысяч идут на нас, что в город прискакал гусар с этими ужасными вестями, что гибель наша решена, доставка спирта невозможна...