- Ну, дядя Моисей, только не трусь, а уж говорить-то я стану.
- Войдите, - послышался голос за дверью.
Мы вошли. Как теперь, я гляжу на коменданта: в широком халате и в шелковой ермолке сидел он перед камином и курил трубку. Перед ним стояла бутылка с ромом и маленькая рюмочка. По его багровому лицу видно было, что уж он порядком хлебнул.
- Кто там? Что надо, - окликнул он, сердито оборачиваясь к нам.
- Вот в чем дело, генерал, - отпустил ему сержант, смело входя на середину комнаты. - Казаки близ Миттельброна.
- А! Что! Казаки... - вскричал комендант. - Разве они уже пробились через наши линии?
- Эти разбойники, - отвечал сержант, - отбили нынче двенадцать бочек спирта, выписанных для нашего гарнизона вот этим самым обывателем.
- Каковы негодяи, - сказал комендант и быстро поднялся с места.
- Вот и квитанция, - продолжал сержант, взяв ее у меня из рук и подавая коменданту.
Тот вскользь пробежал фактуру, подошел сейчас к письменному столу, написал несколько строк на клочке бумаги, а потом подозвал рукой сержанта и резко проговорил: