- Франция, - ответил Пуатвен.
При мысли, что я скоро увижусь со своими старыми товарищами, мое сердце учащенно забилось.
Часовые вышли из сарая и подошли к нам, чтобы проверить, кто мы такие. Начальник пикета, старый, совсем седой офицер, спросил, откуда мы идем, куда направляемся и не попадались ли нам на пути казаки. Пуатвен отвечал за нас всех. Затем офицер сообщил нам, что дивизия генерала Суама утром выступила из лагеря, и велел нам идти за собой, чтобы проверить наши подорожные.
Мы прошли мимо бивуачных огней, вокруг которых спали десятки людей, и вошли в сарай. Здесь тоже спали солдаты. Только один старик, худой и загорелый, сидел, скрестив ноги, и чинил свой башмак. Офицер вернул подорожную мне первому и сказал:
- Вы присоединитесь к батальону завтра, он находится в восьми верстах отсюда, около Торгау.
Старый солдат указал мне рукой, что около него есть свободное место, и я сел рядом. Я открыл ранец и надел новые чулки и башмаки, полученные мною в Лейпциге.
Старик спросил меня:
- Ты идешь к своему полку?
- Да, к шестому стрелковому, в Торгау.
- Откуда?