Глава XXVI. Кавалерийская атака
Два батальона, в том числе и наш, остались защищать ферму. Все остальные отряды двинулись на помощь корпусу генерала Дерлоня, который возобновил свою атаку.
Мы прежде всего поспешили кое-как заложить двери и бреши бревнами и камнями. У всех отверстий поставили в засаду солдат.
Мы с Бюшем и Зебеде находились в углу фермы, на чердаке скотного двора.
Я, как сейчас, вижу ряд отверстий на высоте человеческого роста, которые проделали немцы в стене. В эти отверстия мы наблюдали за передвижениями наших войск.
Как мы после узнали, навстречу пруссакам был отправлен Лобо с 10 тысячами человек. Вся же наша прекрасная кавалерия оставалась на прежних позициях. Главная битва предстояла все-таки с англичанами.
Мы бы часами смотрели в отверстия на наши войска, если бы не появился капитан Флорантен и не сказал нам:
- Что же вы тут делаете? Или вы собираетесь защищать дорогу от нашей гвардии? Живее пробейте мне эту стену по направлению к врагу.
Мы подобрали ломы и лопаты, валявшиеся на полу, и начали пробивать бойницы. Через четверть часа работа была окончена. Тогда мы увидели битву у Гугомон, горящие здания, гранаты, каждую секунду взрывающиеся среди обломков, шотландских стрелков, засевших в засаде у дороги. Направо от нас, совсем близко, англичане собирались отвести назад свою передовую линию и поставить выше орудия, которые стали сбивать наши стрелки. Но остальные ряды врагов не двигались. Мы видели красные и черные каре, расположенные в шахматном порядке. Эти каре соприкасались друг с другом своими углами. Если идти на них атакой, то пришлось бы попасть под перекрестный огонь. Сзади, в лощине, около деревни Мон-Сен-Жан стояла в резерве английская кавалерия.
Я увидел, что позиция англичан сильнее, чем я даже предполагал. Мы не одолели их левого крыла; пруссаки нападали на нас с фланга - дело могло кончиться поражением. Мысль о поражении впервые пришла мне в голову. Я представил себе картину нашего разгрома, новое вторжение союзников, осаду крепостей, возвращение эмигрантов. Эти мысли заставили меня побледнеть.